Об упаковке - Для упаковки

Импортозамещение и экспорт инженера И. А. Семенова

Добавить статьюПодписка на рассылкуПоиск по разделу

12.04.2018

Комментариев: 2

Одними из целей мер по поддержке отечественного пищевого машиностроения являются замена импортного технологического оборудования отечественным и достижение возможности поставки его продукции на экспорт. Но, в принципе, и то, и другое не новинка для российского и советского пищевого машиностроения. Например, советские мукомольные вальцевые станки в 60-е-80-е годы прошлого века прочно занимали рынок не только стран СЭВ, но и государств к югу от наших границ. И было предприятие, которое сделало это первым.

При этом надо честно признать, что в пищевых технологиях и в оборудовании для их осуществления наша страна никогда не занимала передовых позиций. И даже лучшие образцы отечественной техники, включая те, что завоевывали зарубежные рынки, имели иностранных «прародителей».

Конкуренция среди табачной техники

Так было и с техникой для производства папирос, ставших со временем «русским национальным продуктом». Бурное развитие выпуска папирос, начавшееся в конце 50-х годов XIX века, потребовало наличия оборудования, вначале простейшего, позже полуавтоматического и автоматического. Первые машины изготавливали только рубашки папиросных гильз, а картонные мундштуки и тем более табак приходилось помещать туда вручную. К концу 1880-х годов стали появляться машины, уже автоматически вставлявшие мундштук. Наиболее популярной в России была машина производства французского завода «Перро Мино», основатель которого и был ее изобретателем.

Кроме того, на российских табачных фабриках использовалась техника для изготовления папиросных гильз (с разной степенью механизации) конструкции братьев Раковицких, Каракоза, Тильманса и других.

От усовершенствования к созданию техники мирового уровня

Гильзовые машины завода «Перро Мино» стояли и на табачной фабрике А. Н. Шапошникова в северной столице, куда в 1887 г. после окончания Петербургского технологичного института поступил работать механиком Иван Александрович Семёнов (1862-1930). Быстро став заведующим машинным отделением (по-современному говоря: главным механиком, а заодно главным энергетиком фабрики), он усовершенствовал имевшиеся там гильзовые машины, а также и другую технику. В 1890 г., уйдя с фабрики и по некоторым сведениям получив ссуду от владельцев столичных табачных фабрик, он арендовал помещение на углу Обводного канала и Серпуховской улицы и основал механическую мастерскую, где имелись 1 строгальный, 2 сверлильных и 5 токарных станков и трудились 15 рабочих. В июле того же года был выпущен первый опытный образец машины для производства гильз. Эта «пробная», как тогда говорили, машина была поставлена на фабрику Н. К. Богданова в Петербурге. Машина понравилась, хозяин фабрики заказал еще три.

Машина, сконструированная Семеновым, имела ряд преимуществ по сравнению с аналогами тех лет. На ней при небольшой переналадке можно было получать гильзы разных диаметров. Она была снабжена устройством, позволяющим печатать на рубашке гильзы название марки папирос или иной текст. Резка рубашек и печать на них производились при движении папиросной бумаги, что почти в 3 раза повышало производительность. Ширина безклеевого шва гильз составляла 1,5 мм против 4 мм у конкурентов, что не только сокращало расход бумаги, но и улучшало качество папирос. Кроме того, машины изготавливались очень качественно и были надежны в эксплуатации.

А в 1894 г. Семеновым была создана машина, формировавшая так называемый мундштук «с донышком» – отогнутыми внутрь зазубринами на его краю, не позволяющими табаку из «курки» (части гильзы, не занятой мундштуком) попадать в мундштук. Машина имела большой спрос. Это был еще шаг к решению проблемы с механическим набиванием табака.

Понятно, что при таких достоинствах последовали заказы и от других «табачных королей» России. Это потребовало увеличения производственных площадей. В декабре 1896 г. на улице Песочной (ныне Профессора Попова) в Петербурге в специально построенных цехах было открыто предприятие, носившее название «Машиностроительный завод инженер-технолога И. А. Семенова». Это позволило уже в первый год работы завода достичь выпуска в 140 единиц техники.

Среди прочих табачных предприятий, где «трудились» машины Семенова, была и петербургская фабрика «Лаферм», основатель которой, собственно, и привез в Россию и эти табачные изделия, и их название «папиросы». Понятно, что машины петербургского производства были рекомендованы и другим предприятиям международной фирмы или «фермы» (буквально, по названию). В 1898 г. первая семеновская машина отправилась за рубеж: на фабрику Laferme в Дрездене.

Качество гильзовых папиросных машин завода И. А. Семенова получило и официальное признание: серебряную медаль Всероссийской Нижегородской выставки 1896 года и Гран-при Всемирной выставки в Париже 1900 года.

Всего на 31 декабря 1902 г. было выпущено 827 гильзовых машин, из них 187 были отправлены в 10 стран Европы, Азии и Северной Америки.

В том году станочный парк завода насчитывал 65 единиц оборудования, в том числе на тот момент самых высокоточных. На заводе трудилось около ста рабочих и девять служащих. Сам владелец завода выполнял множество функций: мастера, конторщика, контролера и т. д., а при необходимости мог стать и за станок.

Стала расширяться номенклатура продукции: с 1905 г. по договору с их изобретателем – В. Д. Поповым начали выпускаться автоматические чаеразвесочные весы, которые, кстати, тоже вскоре стали поставляться за рубеж. Это были первые в мире автоматические весы и весы, где производилось двойное дозирование (грубая и точная доза). Их конструкция оказалась столь удачна, что весы системы Попова использовались на отечественных чаеразвесочных фабриках вплоть до 70-х годов ХХ века.

Но главное: завод И. А. Семенова стал первым заводом точного машиностроения в России. Это позволило расширить номенклатуру продукции: например, стали выпускаться токарные станки повышенной точности.

Общие усилия двух выдающихся инженеров

В 1906 г. по приглашению И. А. Семенова на завод пришел Александр Григорьевич Кацкий (1871-1943). Пришел, что называется «всерьез и надолго». Практически сразу стал и главным конструктором, и главным инженером, но не управляющим, как сообщают в некоторых источниках, а по сути, техническим директором завода. По некоторым сведениям, и компаньоном Ивана Александровича. Даже поселился рядом (Песочная, 12, квартира 8, а завод был «прописан» в доме № 6). Там и прожил до смерти, случившейся в блокадном Ленинграде.

Пришел он не «с пустыми руками», а точнее, мозгами. У него уже имелась разработка машины для набивания табаком папиросных гильз. Первая гильзонабивочная (папиросная) машина системы А. Г. Кацкого была выпущена в 1907 г. А еще им был сконструирован первый отечественный таксометр «для применения в легковых колясках», отмеченный дипломом на выставке новейших изобретений в 1909 г. в Петербурге, и утвержденный 31 января 1912 столичной палатой мер и весов в качестве обязательного прибора учета, устанавливаемого на первые в России такси. Точно неизвестно, но можно ожидать, что этот прибор изготавливался на том же заводе, где трудился изобретатель. Заводу точной механики И. А. Семенова это, вне сомнений, было по силам.

Но и по основной, табачно-машинной, продукции продолжалось развитие. Во многом благодаря усилиям А. Г. Кацкого.

В 1914 г. на заводе с годовым объемом производства в 500 тыс. рублей трудилось 275 рабочих. Почти треть продукции завода отправлялась на экспорт.

И хотя перед Первой мировой войной завод стал выполнять и военные заказы, которые после ее начала, понятно, увеличились, в 1916 г. на заводе приступили к созданию первой папиросной линии, состоявшей из мундштучно-гильзового автомата и автомата для набивки табака.

Что еще было впервые

Иван Андреевич Семенов был редким примером руководителя предприятия, который заботился о новых кадрах – он сотрудничал с Технологическим институтом Санкт-Петербурга (вел там занятия и руководил дипломным проектированием).

Стоит отметить, что И. А. Семенов одним из первых начал снабжать свою технику тем, что сейчас называют «инструкцией по эксплуатации». В 1898 г. в типографии Э. Гоппе в Петербурге вышла брошюра «Руководство к уходу за гильзовой машиной инженер-технолога И. А. Семенова. Машина Т5», написанная автором и изготовителем техники.

Как считают отечественные специалисты по научной организации труда, И. А. Семенов был первым в России последователем теории научного управления производством Фредерика Уинслоу Тейлора (Frederick Winslow Taylor, 1856-1915), который стал применять ее принципы на собственном заводе. Все службы завода, подчинявшиеся четырем отделам, четко выполняли свои функции, задержек в производстве не было. Хронометраж рабочих операций, проведенный в цехах, позволил установить обоснованные нормы, поэтому зарплата, выплачиваемая работникам, должна была быть им понятна. Но рабочие считали это «”научной” системой выжимания пота», что способствовало их участию в ряде революционных событий начала ХХ века.

Научная организация труда во многом и позволила продукции завода Семенова занять передовые позиции на отечественном рынке техники для производства папирос, практически вытеснив иностранную технику. А рынок был громаден: в 1902 г. в России было 419 табачных фабрик, из них только в Петербурге более десяти. И хотя в результате наблюдавшейся тогда картины укрупнения бизнеса в табачной промышленности, к 1917 г. в России осталось прядка полутора сотен фабрик: простор для импортозамещения, а также экспорта продукции был. Были и возможности: на тот момент на заводе И. А. Семенова трудилось 705 работников.

Жизненные пути разошлись

Но после Февральской революции производство табачного оборудования полностью прекращено, а 27 июля 1917 г. завод был закрыт. Вновь открыт после Октябрьской революции, и 11 января 1918 г. на нем был введен рабочий контроль. Завод национализирован на основании декрета СНК от 28 июня 1918 г. и решения ВСНХ от 25 марта 1919 г.

Понятно, что бывшему хозяину места на заводе не нашлось. В документе, выданном Петросоветом в 1918 г. в качестве удостоверения личности, Иван Александрович Семенов значился преподавателем Технологического института. С ним и ушел в 1919 г. Семенов в Финляндию. Потом перебрался в Чехословакию, где осел в г. Пльзене. На заводе Škoda наладил выпуск табачной техники. Умер и похоронен в Карловых Варах.

На бывшем его заводе управляющим назначили считавшегося сочувствующим большевикам мастера Владимира Яковлевича Алферова, а Кацкого, благо претензий у рабочих к нему не было, поставили техническим директором. Он восстановил нарушенный за время революционных событий порядок с конструкторской документацией, и завод, получивший название Государственный завод точной механики, вновь стал выпускать табачную технику, не закрываясь ни на день все годы Гражданской войны, правда, в небольших количествах, ведь в тот момент весь коллектив предприятия состоял из 40 человек.

В 1922 г. заводу было присвоено имя деятеля немецкого коммунистического движения Макса Гёльца (Max Hoelz или Hölz, 1889-1933). А Александр Григорьевич в том же году (по другим сведениям в 1925 г.) совместно с коллегами (называются разные фамилии соавторов) изобрел набивную машину двойного действия. Обратный ход поршня, посылающего табак в гильзу папиросы, был задействован для выполнения той же операции на другой гильзе. Тем самым производительность техники была значительно увеличена, а табачная промышленность получила самую распространенную и долгоживущую машину.

Справился и с другой техникой

В конце 1920-х гг. на заводе, во многом усилиями А. Г. Кацкого, был освоен выпуск техники для трикотажной промышленности. А в 1930 г. на предприятии произошли крупные изменения: сменился директор, а Александр Григорьевич официально ушел с руководящего поста, но остался работать на заводе. Главное: предприятию было предложено освоить выпуск советской полиграфической техники.

Так и тут А. Г. Кацкой отличился. В 1931–32 гг. он руководил созданием первой советской ротационной печатной машины, спроектировал для нее комплект усовершенствованного оборудования. Предложил и построил ряд полиграфических машин: в 1933 станок для фрезерования пазов в магазинах строкоотливных наборных машин, в 1936 долбежный автомат для изготовления разборных реек строкоотливных наборных машин, в 1937 машину для чистки матриц. Некоторые историки полиграфической техники называют его и «отцом» первого отечественного линотипа. Постепенно завод полностью перешел на выпуск техники для печати. В предвоенные годы было выпущено 1317 машин этого назначения. И хотя импортозамещение в полиграфической технике было в значительной степени обеспечено, о заметном экспорте продукции Ленинградского завода полиграфических машин, ПО «Ленполиграфмаш» (так со временем менялось название предприятия) слышать не приходилось.

«Приложил руку» Александр Григорьевич к распространению опыта организации труда на заводе, выпустив в соавторстве книгу по организации управления и серийного производства.

Его заслуги в предвоенные годы неоднократно отмечались. Сохранились фотоснимки, где он изображен среди лучших рационализаторов и изобретателей завода.

При подготовке этого материала нашлось изображение нагрудного поощрительного знака завода им. М. Гёльца, выданного в 15-ю годовщину Октябрьской революции, выданного «Лучшему ударнику-изобретателю А. Г. Кацкому». Интересно, знает фалерист, в чьей коллекции находится этот знак, какому выдающемуся инженеру он принадлежал?


Автор:  Ульянов Владимир Николаевич, Эксперт портала Unipack.Ru, бывший конструктор упаковочного оборудования

Источник: Unipack.Ru

Все статьи рубрики Все статьиВерсия для печатиПоиск по разделу

Читайте по теме:

Все производители и поставщики продукции

Комментарии

13.04.2018 10:11Игорь Периотти

Владимир Николаевич, спасибо большое за статью. Вы приоткрыли чрезвычайно интересный пласт истории развития отечественного полиграфического машиностроения. Дай бог, настанет время, когда в наших типографиях снова начнут устанавливаться отечественные печатные машины.

13.04.2018 18:13автор - Игорю Пкриотти

Спастбо, уважаемый Игорь, за добрые слова. Особенно приятно их слышать от Вас, умеющего писать человека. Об истории выпуска полигафаической техники в России, думаю, лучше писать Вам. Я же буду о том, что знаю и что мне ближе - об упаковочном и технологическом оборудлвании. Здесь меня, как инженера, больше поразтло другое. Два русских инженера (один из сибирских купцов, второй из московских мещаг-евреев) сумели создать такое, что практически полностью вытеснило импорт, да и часть их рынка прихватило. И еще поразительная широта конструирования второго из них.

Обсуждение окончено

На портале представлено: предприятий видов продукции и оборудования
Зарегистрировано: пользователей
Мы в соцсетях:
Рейтинг@Mail.ru